Последний обед в больничных стенах: сын Жириновского раскрыл домашние просьбы умирающего отца

Младший сын основателя ЛДПР Владимира Жириновского впервые подробно рассказал о том, какими были последние дни политика. В откровенном интервью Олег Эйдельштейн (взявший фамилию отца) не только вспомнил трогательные детали об отце, но и озвучил громкие финансовые претензии к нынешнему руководству партии, а также пожаловался на затяжные судебные тяжбы с родным братом.

По словам Олега, когда Владимир Вольфович находился в ЦКБ, он практически не получал поддержки от тех, кого сам привёл в большую политику. Сын политика утверждает, что именно он на протяжении 70 дней находился рядом с отцом, организовывал уход и дежурства, в то время как партийная элита, по его мнению, самоустранилась. Однако были в этой тяжёлой ситуации и светлые моменты, связанные с заботой о самом сокровенном.

"В один из дней Владимиру Вольфовичу стало лучше. Врачи даже разрешили ему подкрепиться не медицинским порошковым питанием, а чем-то домашним. И вот он захотел котлеты из кролика парные, квашеную капусту и язык отварной говяжий. Ну, кроме языка, у нас всё в Дарьино. Питанием его я занимался, все эти заготовки всегда были", — рассказал Олег Эйдельштейн в интервью Tsargrad.tv.

Эта трогательная деталь стала одним из немногих тёплых воспоминаний сына о последних неделях жизни отца.

Гораздо более болезненной темой для Эйдельштейна стала финансовая часть наследства. Он заявил, что Владимир Жириновский оставил нотариально заверенное распоряжение: 80% его накоплений должны отойти партии и Университету мировых цивилизаций. Речь идёт о сумме порядка 4 миллиардов рублей, которые политик специально копил на две предвыборные кампании в Госдуму. Однако, по словам сына, эти деньги уже потрачены.

Помимо конфликта с партийным руководством, Эйдельштейн вынужден судиться с братом Игорем Лебедевым (ныне Давидом Гарсией). Предмет спора — загородный дом в подмосковном Дарьино, который, по словам Олега, оформлен на него по договору ипотеки с 2019 года, но брат, являясь официальным наследником, претендует на недвижимость. Олег подчёркивает, что последние четыре года проходят для него в постоянных разбирательствах, которые он называет "судейским беспределом", и это лишь укрепляет его в мысли, что настоящую волю отца сегодня пытаются переписать заново.