В женихи Джорджа Майкла по ошибке записали не того человека

«Его вряд ли с кем-то спутаешь. Он заметный. И дело тут не только во внешности»… Так начинается материал о Сэме Клебанове, опубликованный недавно в «МК-бульваре». По иронии судьбы автору материала под названием «Бородатая невеста» на "Правде.Ру", то есть мне, это сделать удалось. Конечно, не намеренно. И в мыслях не имела оскорблять уважаемого кинодеятеля и записывать его в сексменьшинства. Каюсь в одном: героев надо знать в лицо и не путать со всякими там забугорными стюардами. Впрочем, меня и "Правду.Ру" чуть не подвела под монастырь поисковая система Google. Думаю, господину Клебанову тоже небезынтересно будет узнать, почему по запросу «Джордж Майкл» и «Кенни Госс» в числе прочих выскакивает эта злополучная фотография? И нигде, кстати, не указано, что рядом с певцом стоит Сэм Клебанов, а не Кенни Госс.

Ввел в заблуждение и еще один момент. Когда бойфренд Джорджа Майкла носил коротенькую стрижку, он отдаленно действительно напоминал Клебанова. Теперь, рассмотрев фотографию настоящего Сэма, можно смело посыпать себе голову пеплом и находить десять отличий. Ну как можно было перепутать такого симпатичного, спортивного мужчину с человеком, про которого никто бы и не знал, не будь он невестой (или женихом) Джорджа Майкла? Извините, Сэм, черт попутал! Не мне вам объяснять, что на каждую старуху бывает проруха. Понимаю, что вряд ли вас утешу, но, как говорят, отрицательная реклама – это тоже реклама. Впрочем, список ваших достижений говорит сам за себя, и наша нелепая ошибка вряд ли испортит вам репутацию. Чтобы читатели "Правды.Ру" также не пребывали в заблуждении относительно вашей известной персоны, считаю нужным и позволительным привести фрагменты интервью Елены Грибковой из уже упомянутого «МК-бульвара».

- Сэм, можете назвать самое крупное везение в вашей жизни?

- Событие, которое все перевернуло, произошло летом 1985-го года, в первый день Международного фестиваля молодежи и студентов. Я пошел ночью гулять на Красную площадь, с целью пообщаться с какими-нибудь иностранцами, а заодно познакомился с нашими, московскими ребятами, с которыми позже подружился и с одним из которых уехал несколько лет спустя за рубеж. Второе крупное везение — это то, что я из программистов ушел в абсолютно новую для себя киношную область и удачно здесь освоился, набираясь опыта уже в процессе работы. Потом легко попал на телевидение в программу “Магия кино”…

- И в клипы Аллы Пугачевой, после чего вас узнала вся страна…

- Она увидела меня в передаче, обратилась на канал, узнала номер моего мобильного, позвонила и предложила сняться в ее клипе. Сначала речь шла об одном клипе, но в итоге мы сняли пять. Мне было прикольно играть в клипах ее любовника, но встреча с Аллой Борисовной сделала мою известность скандальной, потому что многие журналисты почему-то приняли клипы за документальное кино о нашей жизни.

- Когда читала вашу биографию, первым удивительным фактом для меня было то, что вы, мальчик из интеллигентной семьи, после уроков зубрящий английский, честно пошли служить в армию, не пытаясь “закосить”…

- Ну, в какой-то момент я рассматривал такую возможность, один приятель мне даже подарил учебник по психиатрии, с точным описанием признаков различных заболеваний. Но то ли мне было лень воплощать в жизнь все описываемые симптомы, то ли сыграло свою роль естественное любопытство. Хотелось испытать себя в армейских условиях, как бы то ни было, но я отправился служить в войска особого назначения ГРУ, в ГДР.

- А учебник изучили?

- Да, мне было интересно. Я ведь собирался поступать на факультет психологии МГУ, но в итоге пошел все-таки в экономико-статистический институт.

- Почему возглавляемая вами дистрибьютерская компания занимается именно арт-хаусом, он вам лично нравится или хорошо продается?

- Все ленты, которые покупаю, мне нравятся, а что касается продаж, то они как-то волнообразны: то есть спрос, то нет. Важно другое: я нашел свое место в бизнес-сообществе России, и за каждую картину, что я выбирал, чтобы представить ее нашим зрителям, мне не стыдно. А ведь привозить в Россию, подверженную стереотипам, такое кино, как афганская лента “Усама” или фильм братьев Дарден, — это определенный риск, потому как нет надежды, что окупятся затраты, это же не американский боевик.

- Какие выбранные вами фильмы “прозвучали” здесь наиболее громко?

- “Покажи мне любовь”, шведская лента о двух девочках, любящих друг друга, — она меня окрылила, и я почувствовал успех. Потом были “Идиоты” Ларса фон Триера, позже: “Беги, Лола, беги”, “Сука-любовь”, “Один пропущенный звонок”. А с финансовой точки зрения самыми лучшими проектами были “Затойчи” и “Куклы” Такеши Китано.

- А какое кино ваша компания не приобретала, но по духу вы все равно его считаете своим?

- Все классические вестерны с Клинтом Иствудом, “Счастье” Тодда Соландза… Но есть также кино, которое я отвергаю сразу. Например, год назад был увлечен исторической литературой, на тему христианско-иудейских отношений, и даже создал сайт, и все потому, что меня страшно разозлил фильм Мела Гибсона “Страсти Христовы”. Я был поражен рецензиями: мол, это бескомпромиссная картина, показывающая суровую правду. Чушь! Это настолько противоречит реальным событиям и первоисточникам. Так что готов поспорить с Мелом Гибсоном по еврейскому вопросу.

- Вы весьма нетипичный ведущий для “Культуры”. Не было желания перейти на более рейтинговый канал? Тогда в ресторане, где мы сейчас сидим, вас бы все узнавали.

- А оно мне надо?! Если бы я к этому стремился, то в свое время ответил бы согласием на предложение с Первого канала стать ведущим “Золотого граммофона”. Но, во-первых, песни, которые там исполняются, мне не нравятся: я все-таки поклонник электронной музыки, джаза… А во-вторых, нет цели становиться более популярным, чем я есть в настоящий момент. В Москве я живу спокойной жизнью, хожу по улицам, езжу на метро, к счастью, не наблюдая вокруг себя никакого ажиотажа. А что касается канала, то, по моему мнению, “Культура” — единственный на сегодняшний день канал, который заинтересован в серьезной, аналитической передаче о кино, выходящей в прайм-тайм.

- Хочу спросить по поводу вашего места жительства, почему, помотавшись по Европе, вы осели именно в Швеции, куда бежали изначально?

- Когда в 1991-м году сначала я, а за мной и родители покидали Москву, мы были уверены, что тут ничего хорошего уже не будет — не случайно мы даже продали нашу квартиру на Бауманской. Шенгенской визы тогда еще не существовало, и можно было ехать в ту страну, куда у тебя было приглашение. В Англию попасть было невозможно, от Франции меня отговаривали, в Испании я никого не знал… Я уехал с тремя друзьями, почти без денег, у меня было на руках приглашение от приятелей-голландцев, у одного из моих друзей было приглашение от приятелей-шведов, плюс мы еще получили транзитные датские и немецкие визы, и, таким образом, стоял выбор между четырьмя странами. После долгих странствий мы отдали предпочтение Швеции, где первое время жили в лагере для беженцев и мучительно ожидали получения вида на жительство. Спустя два года он наконец у меня появился. А теперь я уже гражданин Швеции и неплохо говорю на языке.

- Вам сорок лет, и у вас нет семьи, детей — это означает, что вы закоренелый холостяк, любящий свободу, который уже никогда не женится?

- Как вы меня приговорили… А вот мой папа еще надеется… Я не хочу загадывать на будущее, скажу лишь, что мне более всего близка шведская модель семьи. Но не та, о которой вы, вероятно, подумали, а когда пара живет вместе, ведет совместное хозяйство, но при этом не расписывается официально, то есть не вступает в формальные отношения. И подобные гражданские браки в правах приравнены к официальным. Больше половины детей в Швеции рождаются вне зарегистрированных союзов, и, на мой взгляд, в этом нет ничего плохого. Не понимаю: зачем, если люди любят друг друга и все у них великолепно, вдруг наряжаться в платье, в фату, надевать костюм, звать гостей и украшать машину лентами? Этот обряд разве делает отношения гораздо более крепкими, предохраняет от расставания? Ничего подобного. Между прочим, я ведь уже был женат.

- С этого момента поподробнее, пожалуйста.

- Четыре года длился наш брак. Когда уезжал из Москвы, я уже был женат, и она приехала ко мне туда…

- Почему вы расстались? Жизнь на чужбине показалась ей слишком тягостной?

- Есть стандартная формулировка: не сошлись характерами, это точно про нас. Никакие бытовые условия нас особо не мучили. Мы довольно скоро сняли в Швеции просторную трехкомнатную квартиру, о которой в Москве в те времена даже мечтать не могли. Просто наши жизненные интересы и ценности не совпадали, мы постоянно ругались и в результате разбежались. Но она не вернулась в Россию, а осталась там.

- Вы склонны делать дамам дорогие подарки?

- Смотря что считать дорогим подарком. Машину никому не смогу подарить, к сожалению. Я живу по средствам.

- Про вас можно сказать, что вы любите деньги?

- Деньги — это не та вещь, которая может вызвать чувство любви. Это предмет первой необходимости, их отсутствие вызывает тягостное чувство. Пока мое материальное положение таково, что я могу себе позволить жить на две страны, снимать квартиру в Москве, арендовать первый этаж частного дома в Швеции, у интеллигентной китайской пары, ездить на Alfa Romeo, о которой мечтал с детства, и планировать покупку катера… Я не ставлю себе грандиозных задач: стать миллионером, построить империю. Меня привлекает другой процесс. Вот с моей помощью изменился российский киноландшафт, и это уже победа, потому как начинал я с нуля. А в последнее время занялся еще и продюсированием.

- Вы брутально смотритесь на телеэкране, всегда накачаны, в меру загорелы… Вас можно назвать нарциссом?

- Надеюсь, что нет. Безусловно, я стараюсь следить за собой, прилично одеваться, правильно питаться, ходить в спортзал, потому что с возрастом становится заметно, кто уделяет этому внимание, а кто нет.

Алена Снежинская